.RU

Глава 13 - Маделин Уикхем - Невеста


Глава 13


Некоторое время оба молчали. К столику подошел официант, и Мартин сделал скромный заказ. Руперт невидящими глазами смотрел перед собой, пытаясь подавить боль. Что-то внутри его разрывалось, душу переполняло безмерное горе и чувство вины. Аллан умер. Аллана больше нет. Он опоздал.

- Вы в порядке? - тихо спросил Мартин.

Не в силах говорить, Руперт кивнул.

- Боюсь, о его смерти мне мало что известно. Он скончался в Штатах. Родители приехали и забрали его домой. Думаю, он не очень страдал.

- Родители,- хрипло выговорил Руперт.- Он их ненавидел.

- У них наладились отношения. Конечно, болезнь Аллана все изменила. Я встречался с ними, когда они прилетели за ним. Порядочные, отзывчивые люди.- Мартин взглянул на Руперта.- Вы их видели?

- Нет, никогда.

Прикрыв глаза, Руперт представил пожилых супругов - такими, какими описывал их Аллан; представил, как Аллана везут умирать в город, которого он не выносил.

Боль снова пронзила Руперта, ему показалось, что он не выдержит.

- Не думайте об этом. Руперт открыл глаза.

- О чем?

- О том, о чем вы думаете. О чем все думают: «Если бы я только знал, что он умирает…» Конечно, вы повели бы себя по-другому. Но вы не знали. Не могли знать.

- Что…- Руперт облизнул пересохшие губы.- Что он говорил обо мне?

- Что любит вас. Что знает, что вы тоже любите его. Он не держал зла.- Мартин наклонился и взял Руперта за руку.- Очень важно, чтобы вы это поняли. Он не держал на вас зла.

К столику подошел официант с двумя чашками кофе.

- Спасибо,- поблагодарил Мартин, не убирая ладони с руки Руперта.

Заметив, как официант покосился на них, Руперт, вопреки себе, внутренне напрягся.

- Что-нибудь еще? - осведомился официант.

- Нет, спасибо,- ответил Руперт.

Встретив дружелюбный взгляд официанта, он ощутил, как мучительный стыд, точно горячий душ, заливает его от макушки до пяток. Ему захотелось убежать прочь, спрятаться, все отрицать. Однако, сделав над собой усилие, Руперт не отнял руки и оставил ее покоиться в ладони Мартина. Как ни в чем не бывало.

- Я понимаю, вам очень тяжело,- сказал юноша, когда официант удалился.- Во всех смыслах.

- Я женат,- грубо выпалил Руперт.- Вот настолько мне тяжело.

Мартин задумчиво кивнул.

- Аллан предполагал, что такое возможно.

- Наверное, он испытывал ко мне презрение,- проговорил Руперт, уставясь на дно чашки.- И вы меня тоже презираете.

- Вы не поняли. Аллан надеялся, что вы женились. Он считал, что вам лучше быть с женщиной, нежели…

Мартин выразительно посмотрел на Руперта.

- Нежели с мужчиной?

Мартин кивнул.

- Аллан все мучился сомнениями, позвонить вам или нет. Он не хотел вмешиваться, если вы обрели счастье с женщиной, и в то же время не мог смириться с мыслью, что у вас отношения с другим мужчиной. Ему хотелось верить, что если бы вы передумали, то первым делом вернулись бы к нему.

- Так бы оно и было.- Голос Руперта слегка дрожал.- Он знал, что я так поступлю. Он знал меня, как никто другой.

Мартин дипломатично пожал плечами.

- Ваша жена…

- Моя жена! - перебил Руперт, с болью глядя ему в глаза.- Моя жена совершенно меня не знает! Мы встретились, несколько раз поужинали в ресторане, съездили на отдых, женились… Мы общаемся максимум час в день. С Алланом все было…

- Сильнее.

- Каждый день, каждую ночь…- Руперт закрыл глаза.- Ни часа, ни минуты друг без друга. Все думы, страхи и надежды - все было связано с ним.

За столиком воцарилась тишина. Открыв глаза, Руперт увидел, что Мартин вытаскивает из сумки письмо.

- Аллан оставил это для вас,- сказал он.- На случай, если вы захотите его найти.

- Спасибо.- Руперт взял конверт и молча глядел на него несколько мгновений. Он почти слышал, как Аллан с ним разговаривает… Сморгнув, Руперт спрятал письмо в пиджак.- Не одолжите мне мобильный телефон?

- Конечно.

- Мартин полез в карман. Есть еще один человек, который должен обо всем знать,- объяснил Руперт. Набрав номер, он послушал гудки и нажал отбой.- Занято.

- Кому вы хотите рассказать?

- Милли. Девушке, на которой Аллан женился, чтобы остаться в Британии.

Мартин нахмурился.

- Аллан говорил мне про Милли. Но ей и так все известно. Он писал ей.

- Если так, то она не получала его письма. Она ничего не знает. А должна знать.

Изабел положила трубку и провела рукой по волосам.

- Звонила тетя Джин. Спрашивала, что мы намерены делать с подарком, который она прислала.

Откинувшись на спинку стула, Изабел обвела взором кухонный стол, на котором в беспорядке были навалены телефонные справочники, списки фамилий, адресные книги - все в пятнах от кофейных чашек и бутербродных крошках. Рядом на стуле высились коробки из-под обуви, набитые свадебными проспектами, брошюрами и каталогами; из одной коробки виднелась черно-белая страница глянцевого журнала, из другой свешивались кружева. На столе перед девушкой стояла раскрытая коробка засахаренного миндаля в сливочно-кремовой глазури, присланная из магазина на пробу.

- Как много нужно времени, чтобы устроить свадьбу! - вслух заметила Изабел, набрав пригоршню миндаля.- Месяцы и месяцы времени и усилий. А потом р-раз, и все отменяется.- Она захрустела миндалем и скривилась от отвращения.- Боже, какая гадость, зубы сломать можно!

- Мне очень жаль, Андреа,- говорила Оливия по мобильному телефону.- Я понимаю, что Дерек специально для этого случая купил визитку. Пожалуйста, передай ему мои извинения… Да, возможно, ты права, обычный костюм тоже подошел бы.- Выслушав тираду на другом конце провода, Оливия крепче сжала трубку.- Нет, новую дату пока не назначили. Да-да, конечно, я сообщу… Ну, если он хочет сдать визитку в магазин, это его дело. Да, дорогая. До свидания.

Трясущимися пальцами Оливия нажала кнопку «отбой», вычеркнула очередное имя в списке и потянулась за красным блокнотом.

- Так,- вздохнула она,- кто у нас следующий?

- Почему бы тебе не сделать перерыв? Ты похожа на выжатый лимон,- заметила Изабел.

- Нет, солнышко,- покачала головой Оливия.- Я уж как-нибудь справлюсь. В конце концов, надо с этим разделаться.- Она бодро улыбнулась дочери.- Нельзя же нам всем просто сидеть и жалеть себя, верно?

- Верно,- согласилась Изабел и вытянула вверх руки.- Господи, как у меня затекла шея от этих телефонных разговоров!

В эту минуту опять зазвонил телефон. Скорчив гримасу, Изабел сняла трубку.

- Алло,- проговорила она.- Здравствуйте. Да, боюсь, это правда. Да-да, обязательно передам ей ваши наилучшие пожелания. Спасибо. До свидания.- Изабел швырнула трубку и отключила телефон.- Каждый считает своим долгом позвонить нам, чтобы позлорадствовать! Все отлично знают, что Милли не больна. Миссис Хэвилл устало потерла лоб.

- Может, надо было придумать другой предлог…

- Не важно, что мы им говорим. Эти ужасные люди все равно пронюхают.- Изабел скривилась.- Мерзкая тетя Джин просила, чтобы мы вернули ей подарок. Через две недели она собирается на другую свадьбу и не хочет тратиться второй раз. Скажу ей, что ее подарок оказался таким гадким, что мы его выбросили.

- Нет.- Оливия прикрыла глаза.- Мы должны сохранять выдержку и вести себя достойно.

- В самом деле?.. Мам, с тобой все нормально? Ты ведешь себя, как сомнамбула.

- Я в порядке,- прошептала миссис Хэвилл.

- Ладно,- с сомнением проговорила Изабел, сверившись со списком.- Ах да, еще звонили из цветочного магазина. Предложили положить букет невесты под пресс и засушить его, раз уж он все равно готов. На память.

- На память о чем?

- Вот-вот.- Изабел невольно начала трястись от нервного смеха.- Ну что за люди!

- Нет, это надо же - на память! Можно подумать, мы в состоянии забыть этот день!

Изабел бросила быстрый взгляд на Оливию. В широко открытых глазах матери стояли слезы.

- Мама!

- Прости, родная.- По носу Оливии скатилась слезинка.- Я больше не буду говорить глупости.

- Я знаю, как ты мечтала об этой свадьбе.- Изабел протянула руку и взяла ладонь матери в свою.- Но когда-нибудь мы сыграем другую. Обещаю.

- Дело не в свадьбе,- прошептала Оливия.- Если бы только в свадьбе…

Звонок в дверь прервал ее на полуслове. Мать и дочь переглянулись.

- Кого еще принесло? - раздосадованно бросила Изабел.- Неужели непонятно, что нам не до гостей? - Отложив список в сторону, она поднялась.- Не беспокойся, я открою.

- Я сама,- заупрямилась Оливия.

- Пошли вдвоем.

У парадного входа стояла незнакомая супружеская пара, в одинаковых убийственно-зеленых непромокаемых куртках, с портпледами в тон.

- Здравствуйте,- бодро сказала женщина.- Мы хотели бы снять комнату.

- Что? - не поняла Оливия.

- Комнату,- повторила женщина.- Комнату в домашней гостинице.

Она помахала перед носом Оливии путеводителем по городу.

- Боюсь, у нас нет мест,- вмешалась Изабел.- Вам следует обратиться в бюро по обслуживанию туристов.

- Мне сказали, здесь есть комнаты,- настаивала женщина.

- Вам не могли такого сказать, потому что все комнаты заняты,- спокойно произнесла Изабел.

- Я звонила! - Рассердившись, женщина повысила голос.- Специально уточнила, что мы сможем здесь остановиться! Добавлю, кстати, что вашу домашнюю гостиницу нам порекомендовали друзья, супруги Рэндл.

Она выразительно посмотрела на Изабел.

- Какая честь,- пробормотала та.

- Не смейте разговаривать со мной в подобном тоне, девушка! •- резко одернула ее визитерша.- Так-то вы ведете бизнес? Между прочим, клиент всегда прав! Нас информировали, что здесь можно снять комнату. Вы не имеете права прогонять людей с порога без каких бы то ни было объяснений.

- Ради всего святого…- начала Изабел.

- Вы хотите услышать объяснения? - дрожащим голосом проговорила Оливия.

- Мамочка, не утруждай себя. Просто…

- Вам нужны объяснения, да? - Миссис Хэвилл набрала в грудь воздуха.- Ну, с чего начнем? Может, со свадьбы моей дочери? Той самой, которая была назначена на завтра?

- Ах, так у вас в семье свадьба? - смутилась женщина.- Это меняет дело.

- Или начать с ее первого замужества? - будто ничего не слыша, продолжала Оливия.- Десятилетней давности? Со свадьбы, о которой мы даже не знали? - Ее голос начал набирать угрожающую высоту.- А может, начать с того, что мы вынуждены отменить торжество и все наши родственники и друзья за глаза смеются над нами?

- Поверьте, я не…- еще больше растерялась женщина.

- Нет, ничего, входите! - Оливия настежь распахнула дверь.- Мы найдем вам комнату. Разместим вас где-нибудь между кучей подарков, ждущих отсылки обратно, и коробками со свадебным тортом, которым нам надо давиться! Втиснем куда-нибудь между нарядами, которых никто не увидит, и великолепным свадебным платьем…

- Пойдем, Розмари,- сконфуженно произнес мужчина и потянул жену за рукав.- Простите, что побеспокоили,- обратился он к Изабел.- Я всегда говорил, надо было ехать в Челтнем.

Когда супружеская пара удалилась, Изабел повернулась к матери. Оливия стояла, вцепившись в дверь, по ее лицу текли слезы.

- Мама, я вполне серьезно считаю, что тебе пора отдохнуть. Не включай телефон. Посмотри телевизор или поспи немного.

- Не могу,- помотала головой Оливия.- Надо закончить со звонками.

- Ерунда,- отрезала Изабел.- Все, с кем я разговаривала, уже в курсе. Молва разносится быстро, сама знаешь. Тем, кого надо было известить в первую очередь, мы уже позвонили. Остальные подождут.

- Ну…- замялась Оливия.- Я и вправду чуть-чуть подустала. Пожалуй, пойду прилягу.- Она закрыла входную дверь и взглянула на дочь.- А ты не собираешься отдохнуть?

- Нет.- Изабел сняла с вешалки пальто.- Мне надо выйти. Пойду проведаю Милли.

- Хорошая мысль. Она тебе обрадуется.- Помолчав, миссис Хэвилл добавила: - Обязательно…

- Что?

- Обязательно передай ей, что я ее люблю.- Оливия опустила взгляд.- Больше ничего, только то, что я ее люблю.

В гостиной Эсме было тепло и уютно, комната напоминала собой тихую гавань изысканной утонченности. Усевшись на элегантный диван пастельной расцветки, Изабел с удовольствием огляделась по сторонам, восхищаясь изящными безделушками: набором серебряных шкатулочек, небрежно расставленных на столике для закусок, блюдом из древесины яблони, заполненным гладкой морской галькой.

- Ну что,- осторожно спросила сидевшая напротив нее Милли,- мама по-прежнему в ярости?

- Да нет,- пожала плечами Изабел.- Ходит, как лунатик.

- Во всей видимости, это и означает, что она в ярости.

- Говорю же тебе, нет. Она просила передать, что любит тебя.

- Правда?

Милли забралась на кресло с ногами и пригубила кофе. Ее волосы были кое-как убраны в конский хвост, а из-под джинсов виднелись старенькие лыжные гольфы.

- Твой кофе! - Эсме принесла Изабел чашку.- Боюсь, мне придется украсть у тебя сестренку. Мы хотим пообедать.

- Отличная идея. Куда пойдете?

- В одно тихое местечко.- Эсме улыбнулась обеим девушкам.- Через десять минут, Милли.

- Хорошо,- кивнула та.

- Ну, как ты? - спросила Изабел, когда дверь за Эсме закрылась.

- Не знаю,- медленно проговорила Милли.- Иногда я чувствую себя нормально, а иногда хочется разреветься. Все думаю: что же теперь делать, что делать?..- Она закрыла глаза.- Не представляю, как мне пережить завтрашний день.

- Напейся.

- Это у меня в планах на сегодня.- По лицу Милли промелькнула улыбка.- Хочешь присоединиться?

- Может быть.- Изабел сделала глоток кофе.- Саймон не звонил?

Лицо Милли окаменело.

- Нет.

- Между вами действительно все кончено?

- Да.

- Не могу поверить,- покачала головой Изабел.- Только из-за того, что…

- Поскольку я солгала ему один раз,- с едким сарказмом сказала Милли,- из этого следует, что я - патологическая обманщица. Больше ни одному моему слову верить нельзя.

- Сволочь. Пожалуй, даже хорошо, что вы расстались.

- Знаю.- Милли взглянула на сестру и растянула губы в улыбке человека, превозмогающего боль.- Это и вправду к лучшему.

Изабел посмотрела на нее и едва не разревелась.

- Ох, Милли, как обидно!..

- Ерунда,- небрежно бросила Милли.- Ничего страшного. В конце концов, я же не беременна. Вот это была бы катастрофа.

Она глотнула кофе и слегка усмехнулась. Встретившись глазами с сестрой, Изабел не сдержала улыбки. Девушки помолчали.

- Ты решила, что будешь делать? - после паузы спросила Милли.

- Нет.

- А что думает отец малыша?

- Он не хочет ребенка. Очень ясно дал это понять.

- И ты не можешь его переубедить?

- Нет. И не собираюсь. Наши отношения тут же развалятся.

- Возможно, ребенок вас сблизит.

- Дети не клей.- Изабел провела руками по волосам.- Если я рожу ребенка, то стану воспитывать его самостоятельно.

- Я буду помогать тебе,- пообещала Милли.- И мама тоже.

Изабел передернула плечами.

- Изабел, ты же не собираешься от него избавляться?

- Не знаю! - в отчаянии воскликнула старшая сестра.- Мне всего тридцать, Милли!

Может быть, завтра я познакомлюсь с фантастическим парнем и потеряю голову от любви. А с ребенком на руках…

- Разницы нет,- решительно возразила Милли.

- Разница есть! И вообще, растить ребенка - это не на пикнике отдыхать. Я видела, как это происходит у моих друзей. Они превратились в зомби, при том что им помогают бабушки и дедушки!

- Ну, решать тебе.

- Вот именно.

Услышав звук открывающейся двери, сестры обернулись. Эсме широко улыбалась из-под полей огромной шляпы.

- Ты готова, Милли? Изабел, дорогая, хочешь пойти с нами?

- Нет, спасибо. Мне пора домой.

Изабел наблюдала, как Милли садится в красный «даймлер» Эсме, и ей вдруг захотелось, чтобы появилась и ее крестная. Однако Мэвис Хиндхед, бесцветная женщина, жившая на севере Шотландии, лишь раз вспомнила о существовании крестницы накануне первого причастия, прислав девочке бугристый, не по размеру, шерстяной свитер и открытку, подписанную крючковатой вязью, смысла которой Изабел так и не разобрала. Не много найдется таких крестных матерей, как Эсме Ормерод, подумала она.

Когда машина с ревом скрылась за углом, Изабел хотела отправиться прямиком домой, однако ей была невыносима мысль о том, чтобы опять оказаться в тесной, давящей атмосфере кухни, снова и снова с неловкими извинениями звонить посторонним людям, досужим до чужого горя. Изабел ощутила желание побыть на свежем воздухе, размять ноги и порадоваться тому, что к уху не прижата телефонная трубка.

Энергичным шагом она двинулась назад к центру города, чувствуя себя школьницей, прогуливающей уроки. Поначалу она шла, не задумываясь, наслаждаясь легкостью в ногах, свободой рук, которыми она размахивала в такт шагам. Затем в голову ей пришла неожиданная идея; Изабел остановилась и, движимая любопытством, свернула с главной дороги в сторону церкви Святого Эдварда.

Ступив на паперть, она так и ждала, что вот-вот услышит звуки свадебного гимна, исполняемого на органе. Внутри храма все было в цветах, пустые скамьи словно ожидали прихожан. Изабел медленно двинулась по проходу между рядами, мысленно рисуя, как церковь заполняется счастливыми лицами гостей, предвкушающих торжество, представляя, каково это - шествовать позади Милли в наряде подружки невесты, слышать, как сестра произносит древние слова брачного обета, знакомые и близкие сердцу каждого.

Почти у самого алтаря она остановилась, заметив стопку белых листков с расписанием венчаний - они валялись на краю скамьи, очевидно, лишние. Ощутив прилив грусти, Изабел взяла в руки верхний листок из стопки и вдруг, прочитав имена, удивленно заморгала. «Элеонора и Джайлз» - было напечатано серебряными буквами с уродливыми завитушками. Откуда, черт побери, взялись эти Элеонора с Джайлзом? Как им удалось примазаться к чужой церемонии?

- Ах вы, паразиты! - в сердцах воскликнула Изабел.

- Прошу прощения? - раздался за ее спиной мужской голос.

Резко обернувшись, она увидела, что по проходу к ней направляется молодой человек в сутане.

- Вы здесь служите? - осведомилась Изабел.

- Да,- подтвердил молодой священник.

- Здравствуйте. Я - сестра Милли Хэвилл.

- Ах вот оно что… Какая жалость, что все так вышло. Мы с большим сожалением узнали об этом.

- Правда? И что дальше? Решили, что дорогим цветам, приготовленным к свадьбе Милли, пропадать негоже?

- Что вы имеете в виду?

Изабел показала на листки с расписанием венчаний.

- Кто такие Элеонора и Джайлз? Почему у них назначено венчание на одно время с Милли?

- У них не назначено…- растерялся викарий.- Элеонора и Джайлз венчаются после полудня. Они записались на этот день еще год назад.

- А-а,- Изабел снова посмотрела на стопку листков и отложила их в сторону,- тогда понятно. Надеюсь, у них все пройдет как по маслу.

- Мне действительно очень жаль,- сконфуженно проговорил молодой священник.- Может быть, ваша сестра перенесет свадьбу на более позднюю дату? Когда все уладит…

- Может быть.

Изабел еще раз обвела взором убранство церкви и повернулась, чтобы уйти.

- Я вообще-то собирался закрывать,- торопливо заговорил ей вслед викарий.- Знаете, когда храм украшен цветами… Чего только не воруют в наши дни!

- Да уж.- Остановившись у колонны, Изабел вытащила из гирлянды цветок белой лилии и вдохнула сладкий аромат.- Очень красивая ожидалась свадьба,- печально сказала она.- А теперь все пошло прахом. Вы и не представляете, что натворили.

- Насколько я знаю,- начал священник, задетый ее словами,- ваша сестра намеревалась пойти на двоебрачие.

- Если бы ваш каноник Литтон просто закрыл глаза на подобную мелочь и никому ничего не рассказывал…

- Об этом все равно бы знали муж и жена! И Господь, отец наш небесный.

- Да? - сухо молвила Изабел.- Подозреваю, что Господь бы не возражал.

Опустив голову, она вышла из церкви и сразу же с кем-то столкнулась.

- Извините,- сказала она и подняла взгляд.

Перед ней стоял Гарри Пиннакл в темно-синем кашемировом пальто и ярком красном шарфе.

- Здравствуй, Изабел,- поздоровался он и посмотрел через ее плечо на викария, который вслед за девушкой вышел из церкви.- Ужасно неприятно.

- Да,- согласилась Изабел.- Ужасно неприятно.

- Я иду на встречу с твоим отцом. Мы планировали обсудить это дело за ланчем.

- Да, он говорил.

Послышалось металлическое звяканье: молодой священник запер двери церкви. Изабел и Гарри оказались наедине.

- Мне пора,- пробормотала Изабел.- Приятно было увидеться.

- Погоди минутку.

- Я спешу,- бросила Изабел и двинулась в противоположную сторону.

- Плевать! - Гарри схватил ее за руку и развернул лицом к себе.- Изабел, почему ты не отвечала на мои сообщения?

Она попыталась высвободиться.

- Оставь меня в покое!

- Нам надо поговорить.

- Не могу.- Ее лицо словно окаменело.- Я… я не могу.

Последовало долгое молчание, затем Гарри отпустил ее руку.

- Ладно. Если ты так хочешь…

- Мне все равно,- мертвым голосом произнесла Изабел.

Избегая его взгляда, она засунула руки в карманы и пошла прочь по улице.


Глава 14


Гарри Пиннакл уже сидел возле барной стойки с кружкой пива в руке, когда Джеймс вошел в паб под названием «Груша и гусь». Это был небольшой паб в центре Бата, куда редко заглядывали местные и толпами валили жизнерадостные туристы.

- Рад встрече, Джеймс.- Гарри встал и протянул руку.- Позвольте, я возьму вам пива.

- Спасибо.

Оба замолчали, наблюдая, как бармен наполняет кружку. До Джеймса вдруг дошло, что они с Гарри впервые встречаются один на один.

- За здоровье,- поднял свою кружку Гарри.

- За здоровье.

- Присядем,- Гарри указал на столик в углу.- Там чуть потише.

- Хорошо.- Джеймс Хэвилл откашлялся.- Полагаю, вы хотели поговорить о делах, связанных с отменой свадьбы?

- С чего вы взяли? - удивился Гарри.- Я думал, мои люди решают вопросы вместе с Оливией.

- Я имею в виду финансовую сторону,- сухо уточнил Джеймс.- Маленькое откровение моей дочери обошлось вам в круглую сумму.

- Неважно,- махнул рукой Гарри.

- Важно,- возразил Джеймс.- Боюсь, я не смогу сейчас рассчитаться с вами полностью, но если бы мы договорились…

- Джеймс,- перебил его Гарри,- я позвал вас сюда не для того, чтобы разговаривать о деньгах. Я просто хотел выпить с вами по кружечке пива. Понимаете?

- А-а… Хорошо, конечно.

- Давайте сядем и просто выпьем, черт побери.

Мужчины заняли столик в углу зала. Открыв пакетик чипсов, Гарри предложил их Джеймсу.

- Как Милли? В порядке?

- Если честно, не знаю. Она уехала к крестной. А как Саймон?

- Глупый мальчишка,- вздохнул Гарри, похрустывая чипсами.- С утра я сказал ему, что он избалованный сопляк.

- Ммм,- не нашелся с ответом Джеймс.

- При первых признаках трудности сразу отступает. Первое же препятствие, и он поворачивает назад. Неудивительно, что его бизнес прогорел.

- По-моему, вы зря так сурово,- не согласился Джеймс.- Парень пережил настоящее потрясение. Как и все мы. Если нам нелегко, то представьте, каково Саймону…

Он покачал головой.

- Так вы действительно не знали, что она замужем?

- Понятия не имели.

- Получается, она обманула всех.

- Всю семью,- серьезно сказал Джеймс. Подняв глаза, он увидел на лице Гарри улыбку.- Вы находите это смешным?

- Бросьте. Дерзость Милли достойна восхищения. Надо иметь изрядную смелость, чтобы идти к алтарю, зная, что за углом поджидает муженек, готовый сдать тебя с потрохами.

- Не согласен,- отрицательно мотнул головой Джеймс.- Я считаю, что легкомыслие Милли доставило массу проблем и огорчений куче людей. Откровенно говоря, мне стыдно, что она моя дочь.

- Будьте снисходительны к девочке,- мягко произнес Гарри.

- Тогда будьте снисходительны к Саймону! - парировал Джеймс.- Не забывайте, он ни в чем не виноват. Провинилась она.

- Саймон - своенравный и занудный мелкий диктатор. Жизнь должна идти только так, как видится ему, в противном случае он умывает руки! - Гарри сделал добрый глоток пива.- Слишком долго ему все давалось чересчур легко, вот в чем беда.

- Я бы сказал, наоборот. Находиться в вашей тени не так уж и легко. Я, к примеру, не уверен, что справился бы.

Гарри Пиннакл молча пожал плечами. В беседе возникла пауза.

- А Изабел? - небрежно осведомился Гарри.- Как она восприняла ситуацию?

- Как обычно, очень сдержанно.- Джеймс осушил кружку.- Ей и своих забот хватает.

- Проблемы на работе?

- Не только.

- Что-то еще? У нее возникли какие-то сложности?

- Угадали.

- А что случилось?

Джеймс опустил взор в пустую пивную кружку.

- Не думаю, что это большой секрет,- помявшись, произнес он и взглянул на Гарри, тревожно сдвинувшего брови.- Изабел беременна.

- Беременна? - На лице Гарри отразилось величайшее изумление.- Изабел беременна?

- Я понимаю, верится с трудом,- проговорил Джеймс.- Я сам еще не привык к этой мысли.

- Вы уверены? Ошибки быть не может?

Джеймс улыбнулся, тронутый участием.

- Она не из тех, кто открывает карты. Мы даже не знаем, кто отец ребенка.

Гарри глотнул пива.

- Вот как…

- Нам остается лишь поддержать ее, какое бы решение она ни приняла.

- То есть?

Джеймс пожал плечами и отвел взгляд.

- Оставить ребенка или… нет.

Лицо Гарри приобрело странное выражение.

- Понимаю… Разумеется. Здесь два варианта,- задумчиво произнес он.- Какой же я идиот.

- Что?

- Ничего. Ничего.

- Ладно,- вздохнул Джеймс,- это не ваша проблема.- Он посмотрел на пустую кружку Гарри.- Возьму еще?

- Нет,- возразил Гарри.- Позвольте мне.

- Но вы уже…

- Пожалуйста, Джеймс,- настаивал Гарри. Джеймсу Хэвиллу показалось, что тот чем-то удручен, почти подавлен.- Прошу, Джеймс, позвольте мне.

Изабел дошла до Сада Слепых. Сидя на железной скамейке, она следила за струйкой фонтана, непрерывно льющейся в маленький пруд, и пыталась собраться с мыслями. В памяти вновь и вновь прокручивалась одна и та же сцена, словно пущенная по кругу пленка: выражение лица Гарри перед расставанием, сказанные им слова. Ей казалось, что бесконечное повторение должно притупить боль, сделать ее безучастной и освободить сознание для того, чтобы проанализировать ситуацию с точки зрения логики. Однако боль не утихала, разум не хотел смиряться. Изабел почти физически ощущала, как разрывается на части.

Знакомство состоялось всего несколько месяцев назад, на семейном торжестве по поводу помолвки Саймона и Милли. Они пожали друг другу руки, и между ними мгновенно проскочила искра взаимной приязни; у обоих слегка задрожал голос и, будто зеркальные отражения друг друга, оба немедленно отвернулись к прочим собеседникам. Однако, поворачивая голову, Изабел всякий раз натыкалась на взгляд Гарри и чувствовала, как все ее тело отзывается на его эмоциональный призыв. На следующей неделе они, не афишируя встречи, пообедали в ресторане. Гарри незаметно провел ее к себе в дом, и наутро из окна его спальни она видела, как Милли на прощание машет рукой Саймону.

Еще через месяц они на разных самолетах полетели в Париж.

Каждая встреча отличалась особой прелестью, приносила утонченное, тайное наслаждение, оставляя легкий шлейф мимолетности. Отношения решили сохранить в секрете, легкими, ни к чему не обязывающими. Двое взрослых людей получают удовольствие друг от друга, не более того.

Однако теперь от легкости не осталось и следа. Спонтанность закончилась.

Отсутствию обязательств пришел конец. Независимо от ее выбора, последствия будут очень серьезны. Невидимое глазу биологическое событие однозначно распорядилось: любое ее решение навсегда изменит жизни обоих.

Гарри не хочет ребенка и совершенно ясно дал это понять. Если Изабел решит родить, она останется одна. Потеряет Гарри. Потеряет свою свободу. Ей придется рассчитывать на помощь матери. Жизнь превратится в невыносимый замкнутый круг: тяжелая работа по дому, утренняя чашка кофе и детский лепет, отупляющий мозг.

С другой стороны, если она избавится от ребенка…

В груди Изабел растеклась тупая боль. Кого она хочет обмануть? В чем заключается так называемый «выбор»? Да, выбор у нее есть, как у каждой современной женщины, но истина в том, что выбора не существует. Она попала в рабство к самой себе: к материнскому инстинкту, которого никогда в себе не подозревала; к крошечному созданию, растущему в ее чреве; к огромной, всепобеждающей жажде жизни.

Руперт сидел на скамейке в Национальной галерее и рассматривал портрет Филиппа II Испанского. Минуло уже добрых два часа с тех пор, как Мартин пожал ему руку и ушел, на прощание сказав, чтобы Руперт звонил ему, когда пожелает. Расставшись с Мартином, он бесцельно бродил по городу, не замечая многочисленных посетителей магазинов и туристов, постоянно его толкавших. Погруженный в свои мысли, Руперт не видел перед собой вообще ничего. Когда на пути ему попадалась телефонная будка, он заходил в нее и набирал номер Милли, но у нее все время было занято, и Руперт втайне ощущал облегчение: он не хотел делить с посторонними смерть Аллана.

Пока что он не был к этому готов.

Письмо по-прежнему лежало в портфеле, так и не распечатанное. У Руперта не хватало смелости его прочесть. Письмо могло оказаться именно таким, как он ожидал, а могло и нет - он страшился и того и другого. Но теперь, под пронзительным, суровым взглядом испанского короля, Руперт открыл замки портфеля и достал конверт. Он во второй раз увидел свое имя, написанное рукой Аллана, и на него вновь нахлынула печаль. Это последняя ниточка, которая отныне свяжет их навсегда.

Одна часть Руперта хотела спрятать письмо и не открывать его, не осквернять последние слова Аллана прочтением, однако трясущиеся пальцы уже надрывали конверт, вытаскивая на свет плотные кремовые листки бумаги, каждый из которых с одной стороны был исписан четким, ровным почерком…

Дорогой Руперт!

Не бойся. Не бойся, сказал ангел[13]. Я пишу тебе не для того, чтобы смутить или огорчить. По крайней мере, сознательно такой цели я не ставлю. Нет.

Если честно, я вообще не уверен, зачем пишу. Прочитаешь ли ты когда-нибудь это письмо?

Может, и нет. Может, ты уже забыл, кто я такой; может, ты счастливо женат и растишь тройняшек.

Порой меня посещает фантазия: вот-вот дверь палаты распахнется, ты появишься на пороге и заключишь меня в объятия, а все остальные неизлечимые пациенты будут приветствовать нас радостными возгласами и бодрым стуком больничных палок.

В реальности же это письмо, подобно многим другим изделиям промышленности, когда-то полезным для владельцев, скорее всего, завершит свое существование в мусорном контейнере, а потом его переработают в чей-то завтрак. По-моему, неплохая идея.

Хлопья «Аллан», с добавлением оптимизма и капельки горечи.

И все равно я продолжаю писать, будто надеясь, что однажды ты найдешь дорогу ко мне и прочтешь эти строчки.

Что это - плод болезненного воображения? Может, я придаю нашим взаимоотношениям значимость, которой на самом деле не существовало?

Срок, отпущенный мне на этой земле, вдруг сократился так резко, что мое восприятие мира несколько исказилось. Однако, вопреки всему, я пишу. Правда в том, Руперт, что я не могу покинуть эту страну, не говоря уж об этой земле, не оставив где-нибудь на клочке прощального послания тебе.

Когда я закрываю глаза и вспоминаю тебя, ты видишься мне таким, как тогда, в Оксфорде, хотя с тех пор ты наверняка изменился. Как выглядит Руперт пять лет спустя и чем он занимается? У меня есть догадки, но нет желания их раскрывать. Не хочу быть самоуверенным идиотом и считать, что знаю тебя лучше, чем ты сам себя. Это было моей ошибкой в Оксфорде. Я спутал гнев с интуицией, принял свои собственные желания за твои. Какое право я имел сердиться на тебя? Жизнь - намного более сложная штука, чем мы оба тогда представляли.

Я очень надеюсь, что ты счастлив. И боюсь, что - раз ты читаешь мое письмо - это не так. Счастливые люди не копаются в прошлом в поисках ответов на вопросы. В чем истина? Не знаю. Может быть, оставшись вместе, мы обрели бы счастье, и жизнь была бы прекрасна. Однако полной уверенности нет.

Как оказывается, мы пережили самые лучшие моменты, какие только могли пережить.

И расстались. По меньшей мере, хотя бы у одного из нас был выбор, пусть даже не у меня. Если бы мы затянули с решением до сегодняшнего дня, выбора лишились бы оба. Расставание - это одно, смерть - нечто совсем другое. Знаешь, я не уверен, что справился бы со всем сразу. Мне и без того понадобится довольно много времени, чтобы осознать, что я умираю.

Но стоп. Я обещал себе, что не буду говорить о смерти. Смысл совсем в другом.

Мое письмо - не признание вины, а признание в любви. Как просто, правда? Я до сих пор люблю тебя, Руперт. До сих пор тоскую по тебе. Вот, собственно, и все, что я хотел сказать. Я все еще люблю тебя. Скучаю по тебе. Если мне больше не суждено тебя увидеть… что ж, такова жизнь. Но я все-таки надеюсь, что мы еще встретимся.

Искренне твой, Аллан


Чуть позже в зал галереи вошла молодая учительница в окружении гудящей толпы ребятишек. По плану урока они должны были перерисовать портрет Елизаветы I.

Однако, обратив внимание на сидящего на скамье молодого человека, учительница быстро развернула класс и отвела детей к другому портрету. Руперт, из глаз которого катились безмолвные слезы, этого даже не заметил.

Вернувшись домой, Гарри увидел машину Саймона, припаркованную на обычном месте.

Он прямиком направился в комнату сына и постучал. Не получив ответа, приоткрыл дверь. Первым, что бросилось ему в глаза, был костюм Саймона на дверце шкафа - визитка, так и не снятая с вешалки. В корзине для бумаг валялось приглашение на свадьбу. Гарри поморщился и закрыл дверь. Помешкав, он спустился по лестнице и прошел через коридор в комплекс отдыха.

Вода в бассейне мерцала огнями подсветки, негромко звучала музыка, однако никто не плавал. В дальнем углу из двери сауны шел легкий пар. Не останавливаясь, Гарри направился туда и распахнул дверь. Саймон поднял глаза, и на его раскрасневшемся лице отразилось смущение.

- Отец? - удивился он, вглядываясь в густые клубы пара.- Что ты здесь…

- Мне надо поговорить с тобой,- сообщил Гарри, усаживаясь напротив сына на гладкое пластиковое сиденье.- Я должен извиниться.

- Извиниться? - недоверчиво переспросил Саймон.

- Я был не прав, когда накричал на тебя с утра. Прости.

- А-а.- Саймон отвернулся.- Да ладно. Не имеет значения.

- Нет, имеет. Ты пережил сильный стресс. Мне следовало это учитывать. Я ведь твой отец.

- Знаю,- ответил Саймон, не поворачивая головы.

- Ты бы хотел другого отца?

Гарри пристально посмотрел на сына. Тот промолчал.

- Я тебя не виню,- вздохнул Гарри.- Из меня получился тот еще папаша.

Саймон неловко поерзал.

- Ты…

Ты не обязан говорить что-то из вежливости,- перебил его Гарри.- Я знаю, что не состоялся как отец, шестнадцать лет от меня не было ни слуху ни духу, а потом вдруг - оп! - я начинаю маячить у тебя перед глазами каждый день. Неудивительно, что нам с тобой пришлось тяжело. Супруги уже давно развелись бы… Извини,- прибавил он, помолчав.- Больная тема.

- Ничего.- Саймон невольно улыбнулся и только теперь обратил внимание на внешний вид Пиннакла-старшего.- Пап, ты в курсе, что в парилке положено снимать одежду?

- Это если пришел попариться. А я пришел поговорить.- Гарри сдвинул брови.- Ну вот, свою часть я высказал, теперь твоя очередь. Скажи мне, что я замечательный отец, и моя душа успокоится.

Повисла долгая пауза.

- Если бы только…- наконец решился заговорить Саймон, но оборвал фразу.

- Что?

- Если бы только я постоянно не чувствовал себя неудачником,- торопливо произнес он.- Что бы я ни делал, все идет наперекосяк. А ты… В мои годы ты уже сколотил миллион!

- Неправда.

- В твоей биографии сказано…

- Чушь. В твоем возрасте, Саймон, я задолжал миллион. К счастью, я нашел способ вернуть долг.

- А я нет,- с горечью констатировал Саймон.- Я разорился.

- Допустим, разорился. По крайней мере, тебе не пришлось снимать с себя последнюю рубашку, чтобы расплатиться с кредиторами, и ты не приходил ко мне весь в соплях, умоляя помочь тебе выпутаться. Ты сохранил независимость. И я тобой горжусь. Я горд за тебя даже потому, что ты вернул мне ключи от квартиры. Да, я тогда жутко разозлился, но одновременно испытал и гордость.

Долгое молчание, воцарившееся в парной, нарушалось лишь дыханием обоих мужчин в горячем воздухе да изредка шипением пара, когда капли теплой воды дождем падали на пол.

- Я буду еще больше гордиться тобой,- нарушил паузу Гарри,- если вместо того, чтобы уйти, ты попробуешь наладить отношения с Милли. Это шаг, которого я в свое время не сделал, хотя должен был.

Отец и сын снова замолчали. Гарри откинулся назад, вытянул ноги и состроил гримасу неудовольствия.

- Признаться, ощущения не самые приятные,- сообщил он.- Трусы прилипли к заднице.

- Я предупреждал,- усмехнулся Саймон.

- Точно.- Гарри взглянул на сына сквозь клубы пара.- Ну, ты намерен дать Милли шанс?

Саймон с шумом выдохнул.

- Конечно. Если она мне это позволит.- Он покачал головой.- Не знаю, о чем я думал вчера вечером… Я был несправедлив к ней. Повел себя как идиот. Я просто…- Он не договорил.- Я пытался ей позвонить сегодня днем.

- И?

- Наверное, она уехала с Эсме.

- С кем?

- Со своей крестной, Эсме Ормерод. Гарри удивленно изогнул брови.

- Эсме Ормерод - крестная мать Милли?

- Да, а что? Гарри скривился.

- Странная женщина.

- Не знал, что ты с ней знаком.

- Пару раз приглашал пообедать,- сказал Гарри.- Крупно ошибся.

- Почему?

- Неважно. Это было давно.- Гарри закрыл глаза.- Значит, она крестная Милли… Не ожидал.

- Она вроде бы приходится Хэвиллам родственницей.

- А мне казалось, у них такая приличная семья,- насмешливо произнес Гарри, затем нахмурился.- Нет, я серьезно. У них хорошая семья. Милли - замечательная девушка, да и Джеймс очень неплохой парень. Я хотел бы познакомиться с ним поближе. Оливия…- Он открыл глаза.- Ну что тут сказать? Милая женщина.

- Каждый имеет право на личное мнение,- усмехнулся Саймон.

- Только вот я бы не хотел встретиться с ней поздней ночью.

- И вообще, как стемнеет.

На голову Гарри капнула вода. Он сморщился.

- Единственная, о ком я не могу сказать ничего определенного,- задумчиво промолвил Саймон,- это Изабел. Для меня она загадка. Никогда не знаешь, о чем она сейчас думает.

- Согласен,- помедлив, произнес Гарри.

- Изабел совершенно не похожа на Милли. Но мне она нравится.

- И мне,- тихо сказал Гарри.- Очень нравится.- Несколько секунд он молча разглядывал пол, потом резко встал.- Ну все, хватит с меня этого ада. Пойду приму душ.

- Попробуй для разнообразия снять одежду.

- Непременно. Дельный совет.

С этими словами Гарри Пиннакл вышел из парной, на прощание кивнув сыну.

К тому времени, когда Руперт тяжело поднялся на негнущихся ногах, спрятал письмо Аллана и покинул галерею, уже начало вечереть. Он постоял на Трафальгарской площади, глядя на такси, туристов и голубей, затем развернулся и побрел в направлении метро. Каждый шаг давался ему с трудом; он словно лишился некой важной части самого себя, которая поддерживала его в равновесии.

Руперт окончательно понял: незыблемая опора - единственное, во что он верил в этой жизни,- ушла навсегда. Основа, относительно которой все пережитое являлось лишь контрапунктом, исчезла. Теперь ему казалось, что все его поступки за последние десять лет были частью внутренней борьбы с Алланом. И вот битва закончилась, и победителей в ней нет.

В поезде до Фулема Руперт безучастно сидел, устремив взор на свое отражение в темном стекле, размышляя с почти отстраненным любопытством, что предпримет в дальнейшем.

Он чувствовал себя утомленным, разбитым и обессиленным, как будто шторм вынес его к чужому берегу, не оставив пути назад. С одной стороны, у него есть жена.

Дом, прежняя жизнь и компромиссы, на которые он пошел ради того, чтобы сломать свою натуру. Счастьем это не назовешь, однако и мукой тоже. С другой стороны, существует такое понятие, как честность. Горькая, неприятная правда. И все то, что она за собой повлечет.

Руперт устало провел рукой по лицу и вгляделся в размытые черты отражения в стекле. Он не хотел быть честным. Не хотел быть нечестным. Он хотел превратиться в ничто, стать безымянным пассажиром поезда, которому не надо принимать решений и можно ни о чем не думать, а лишь прислушиваться к ритмичному стуку колес и рассматривать беззаботные лица попутчиков, читающих журналы и книги; взять у жизни отсрочку.

Однако в конце концов поезд остановился. Подобно роботу, Руперт механически взял в руку портфель, встал и вышел на платформу. Вместе с остальными, сошедшими с поезда, поднялся по лестнице и шагнул в темный зимний вечер. Толпа, как обычно, двинулась по главной дороге, рассеиваясь по мере того, как люди сворачивали в переулки. Он послушно шел следом и, приближаясь к дому, замедлил шаг, а на углу своей улицы остановился, чуть не собравшись повернуть назад. Но куда он мог пойти? Идти было некуда.

Открывая ворота, Руперт ощутил облегчение, увидев, что свет в окнах не горит. Он примет ванну, выпьет чего-нибудь покрепче и, может быть, немного успокоится к тому времени, когда Франческа придет с работы.

Руперт достал из кармана ключ, вставил его в замок и понял: что-то не так. Ключ не подходил. Руперт вытащил его, осмотрел и вставил опять. Замок не поддавался.

Присмотревшись, Руперт заметил вокруг замочной скважины следы работы. Франческа сменила замок. Выгнала его из дома.

На несколько мгновений он оцепенел, дрожа от ярости и жгучего унижения.

- Сучка,- словно со стороны донесся его собственный голос.- Сучка.

Внезапно нахлынула острая тоска по Аллану, и он пошел прочь от дома с глазами, полными слез.

- У вас все в порядке? - с противоположной стороны улицы раздался бодрый девичий голос.- Не пускают домой? Если хотите, можете позвонить от меня!

- Нет, спасибо,- пробормотал Руперт и повернул голову.

Девушка оказалась молодой и симпатичной, а в ее взгляде светилось сочувствие. На миг ему вдруг захотелось припасть к ее плечу и обо всем рассказать, однако в следующую минуту он осознал, что Франческа может наблюдать за ним из окна, и его охватила паника.

Руперт неуклюже поспешил дальше по улице. Дойдя до угла, он жестом подозвал такси, сам не зная зачем.

- Куда едем? - осведомился водитель, когда пассажир уселся в машину.

- Пожалуйста, поедем…- Руперт закрыл глаза, открыл их через несколько секунд и бросил взор на часы.- На Паддингтонский вокзал.

В шесть часов вечера в парадную дверь позвонили. Открыв, Изабел увидела на пороге Саймона с огромным букетом цветов.

- А, это ты,- хмуро проговорила она.- Зачем пришел?

- Повидать Милли.

- Ее нет.

- Знаю.- Саймон выглядел встревоженным и как-то чересчур хорошо вымытым и начищенным, словно ухажер из старинных времен.- Я хотел узнать адрес ее крестной.

- Мог бы просто позвонить. Я бы к дверям не тащилась.

- У вас все время занято.

- А-а.- Изабел скрестила на груди руки и оперлась о косяк.- Ты уже перестал задирать нос?

- Изабел, ради бога, дай мне адрес! - разозлился Саймон.

- Даже не знаю, захочет ли Милли с тобой разговаривать…

- Понятно.- Саймон развернулся и пошел прочь.- Ладно, найду сам.

Проводив Саймона взглядом, Изабел крикнула ему вслед:

- Уолден-стрит, дом десять. Саймон оглянулся.

- Спасибо.

- Не за что,- пожала плечами Изабел.- Надеюсь, пригодится.

- Я тоже надеюсь.

Дверь открыла Эсме в длинном банном халате.

- О,- смутился Саймон.- Простите за беспокойство. Я хотел бы поговорить с Милли.

- Боюсь, не получится. Милли спит. Немного перебрала за обедом. Мне ее не разбудить.

- Да?..- озадаченно произнес Саймон, переминаясь с ноги на ногу.- Ну, тогда… просто скажите, что я заходил. И передайте ей, пожалуйста, вот это.

Он протянул Эсме букет.

- Передам. До свидания.

- Может, она захочет мне позвонить, когда встанет.

- Возможно. Это ее дело.

- Разумеется.- Саймон покраснел.- Большое спасибо.

- Всего доброго,- попрощалась Эсме и захлопнула дверь.

Еще раз посмотрев на цветы, она пошла на кухню и выбросила букет в мусорное ведро, затем поднялась на второй этаж и постучала в дверь.

- Кто приходил? - поинтересовалась Милли. Она лежала на массажном столе, а косметичка Эсме втирала в кожу ее лица крем.

- Торговый агент,- невозмутимо солгала Эсме.- Предлагал тряпки для вытирания пыли.

- К нам они тоже приходят,- сказала Милли, с удовольствием вытягиваясь на столе.- И всегда в самый неудачный момент.

Эсме улыбнулась.

- Как тебе понравился массаж?

- Великолепно.

Эсме отошла к окну, побарабанила кончиками ногтей по зубам и снова обернулась к крестнице.

- Вот и хорошо.- Она помолчала.- Знаешь, я считаю, мы должны уехать. Ты ведь не хочешь завтра оставаться в Бате?

- В общем, нет. Хотя… мне нигде не хочется оставаться.- Милли внезапно сморщилась, из ее глаз потекли слезы.- Простите,- хрипло сказала она косметичке.

- Отправимся в Уэльс! - объявила Эсме.- Я знаю одно замечательное местечко в горах. Сказочные пейзажи и ягненок на ужин. Здорово?

Милли не отвечала. Косметичка аккуратно вытерла с ее лица слезы желтоватым лосьоном из позолоченного флакона.

- Завтра тебе будет трудно,- ласково сказала Эсме.- Но мы переживем этот день. А потом…- Она подошла к Милли и взяла ее за руку.- Посуди сама: у тебя появился шанс, который выпадает далеко не каждой женщине. Ты можешь начать все с начала. Повернуть жизнь так, как хочешь.

- Да,- согласилась Милли, глядя в потолок.- Повернуть жизнь.

- Мир у твоих ног! Только подумай: ты собиралась отказаться от всего на свете ради того, чтобы стать миссис Пиннакл! - В голосе Эсме скользнуло презрение.- Солнышко, ты, можно сказать, чудом спаслась. Когда-нибудь ты еще поблагодаришь меня, Милли, поверь.

- Я и так тебе благодарна.- Милли повернула голову, чтобы посмотреть в глаза крестной.- Не знаю, что бы я без тебя делала.

- Узнаю мою девочку! - похвалила Эсме, погладив девушку по руке.- Ну, лежи и наслаждайся процедурами, а я пока уложу вещи в машину.



etpime.html
etyudi-o-vselennoj.html
euro-chast-4.html
euro-money-essay-research-paper-to-most.html
european-monetary-union-theory-history-and-consequences.html
european-union-essay-research-paper-turkey-and.html
  • znaniya.bystrickaya.ru/razrabotka-mnogourovnevogo-programmnogo-postroeniya-neprerivnogo-ekologicheskogo-obrazovaniya-po-specialnosti-ohrana-okruzhayushej-sredi-i-racionalnoe-ispolzovanie-prirodnih-resursov.html
  • control.bystrickaya.ru/dalnij-vostok-chast-10.html
  • literature.bystrickaya.ru/biblioteka-priklyuchenij-i-nauchnoj-fantastiki-stranica-11.html
  • doklad.bystrickaya.ru/uchebnik-dlya-studentov-universitetov-stranica-56.html
  • shpora.bystrickaya.ru/zakoni-cerkovnogo-upravleniya.html
  • laboratornaya.bystrickaya.ru/programma-stipendij-edmunda-maski-poslednij-srok-podachi-zayavok-na-programmu-stipendij-e-maski-8-noyabrya-2010-goda.html
  • pisat.bystrickaya.ru/status-professii-socialnij-rabotnik-v-kazahstane-zhelaemoe-i-dejstvitelnoe.html
  • otsenki.bystrickaya.ru/referat-po-speckursu-filosofiya-tema-obshestvo-i-kultura-kak-predmeti-filosofskogo-analiza-sinhronicheskij-i-diahronicheskij-aspekti.html
  • esse.bystrickaya.ru/razdel-224-razvitie-zdravoohraneniya-otchet-ob-ispolnenii-zakona-respubliki-buryatiya-o-programme-socialno-ekonomicheskogo.html
  • gramota.bystrickaya.ru/vroven-s-trudom-vroven-s-lyubovyu-kniga-dlya-uchashihsya.html
  • ekzamen.bystrickaya.ru/spisok-ispolzovannih-istochnikov-rol-religioznogo-faktora-v-politike-obespecheniya-nacionalnoj-bezopasnosti-respubliki.html
  • write.bystrickaya.ru/glava-ii-metodi-psihologii-metodika-i-metodologiya-osnovi-obshej-psihologii.html
  • write.bystrickaya.ru/etapi-proektirovaniya.html
  • turn.bystrickaya.ru/osnovi-teorii-upravleniya-obrazovatelnim-uchrezhdeniem-dlya-rukovodyashih-rabotnikov-pretendentov-na-pervuyu-kvalifikacionnuyu-kategoriyu-i-pretendentov-na-rukovodyashie-dolzhnosti.html
  • paragraph.bystrickaya.ru/kurs-uchebno-letnoj-podgotovki-na-samolete-yak-18-t-dlya-kursantov-visshih-letnih.html
  • predmet.bystrickaya.ru/sabati-tairibi-apan-burzhuaziyali-demokratiyali-tkers.html
  • kontrolnaya.bystrickaya.ru/rabochaya-tetrad-s-kompleksom-tvorcheskih-zadanij-dlya-razvitiya-rechi-i-tvorcheskogo-mishleniya-uchashihsya-5-6-klassov.html
  • notebook.bystrickaya.ru/i-predvaritelnie-svedeniya-svyashennoe-pisanie-vethogo-zaveta-moiseevo-pyatiknizhie.html
  • zanyatie.bystrickaya.ru/pravovoe-regulirovanie-deyatelnosti-po-okazaniyu-yuridicheskih-uslug.html
  • knigi.bystrickaya.ru/s-k-a-z-k-a-m-u-d-r-i-j-o-t-e-c-moskva-seriya-prikladnaya-masterskaya-semejnoj-pedagogiki.html
  • prepodavatel.bystrickaya.ru/srednie-potrebitelskie-ceni-tarifi-i-indeksi-potrebitelskih-cen-na-tovari-i-uslugi-v-orlovskoj-oblasti-v-oktyabre-2011-g.html
  • control.bystrickaya.ru/ermolaeva-ekaterina-sergeevna-uchitel-anglijskogo-yazika.html
  • control.bystrickaya.ru/bumaga-chast-2.html
  • tests.bystrickaya.ru/literatura-dyurkgejm-e.html
  • bukva.bystrickaya.ru/operacionnie-sistemi-windows.html
  • testyi.bystrickaya.ru/arhipenkov-s-m-monografiya.html
  • literatura.bystrickaya.ru/segodnya-mi-rassmotrim-voprosi-podgotovki.html
  • lektsiya.bystrickaya.ru/programma-po-kursu-molekulyarnoe-modelirovanie-parallelnie-vichisleniya-i-grid.html
  • crib.bystrickaya.ru/intimaov-s-a-za-ilimdarini-kandidati-docent-keplge-atisti-kejbr-zekt-mseleler.html
  • ucheba.bystrickaya.ru/prilozhenie-1-chislo-osuzhdennih-po-st111-ch1-uk-umishlennoe-prichineniya-tyazhkogo-vreda-zdorovyu.html
  • abstract.bystrickaya.ru/1541-ot-22-noyabrya-2011g.html
  • university.bystrickaya.ru/glava-17-v-kotoroj-prodolzhaetsya-osada-trua-sapozhnikov-boris-vladimirovich.html
  • shpora.bystrickaya.ru/zavarzin-vladimir-mihajlovich.html
  • uchebnik.bystrickaya.ru/v-d-mendelevich-zamestitelnaya-terapii-narkozavisimih.html
  • shkola.bystrickaya.ru/osnovn-formi-zovnshnoekonomchnih-zvyazkv-h-sut.html
  • © bystrickaya.ru
    Мобильный рефератник - для мобильных людей.